ФотографияУничтожитель Мира/Le Depeuplieur. To Samuel Beckett

Втиснутость в наиподлиннейшее. Leibhaften Bewusstheiten — телесноживая осознанность. Внутри Ирвинга Пенна. В рамках исследовательского проекта "Пенн. Мэпплторп. Сифф". Барабанное сканирование: Filipp. Пролегомена: Меня с самого детства завораживала непреодолимая бездна, зазор, между моим миром и миром всех: «миров» мной видимых через увеличительное стекло, через 15 кратную лупу, в окуляр детского микроскопа, и далее в объектив, в объективы и, позволяющую так многое, карданную механику фотоаппарата — мир тотальной насыщенности не целью и знаком, культурой и дискурсом, а плотью, пульсом, таким разным и совершенно иным движением материи на неведомый аттрактор, миров, видимых мной при сильном и очень сильном увеличении, миров в своей микро-размерности, таких гетерогенных и разных, скрывающих в себе поэтические, метафорические, метафизические и биологические секреты жизни, так лишь «пассивно» скрывающих краеугольные тайны ткани жизни реального мира, реального мира материи, мира тела органического, дарвиновского типа, интерпретируемого мной, видимого и исследуемого мной, как универсум, сосуд всеобщей реальности, само-из-себя выстраивающийся, как мир телесноживой осознанности, тонконастроенной и телеснооживающей удивительной причинности и "мир" людей, взрослых людей, как ризому и гиперсетеву структуру, мир как видоспицефическую цивилизацию, с протопринципом действия имитирующую, копирующую, подражающую частному — имитации, копирования, подражания частному, означенному, символическому, не живому а социальному. Что значит подражать частному — отрицать целое, неопределяемое точно целое впаенное в безразличное природы, противостоящее цивилизации знака, цивилизации знака как мурмурирующего, да, сложного, да, но дискретного и конечного множества, не сопоставимого с живым, сильнодействующим, не сделанного а порождающего и рожденного. Диалоги С Фрэнсисом Бэконом. Лазарь. Уничтожитель Мира/Le Depeuplieur. To Samuel Beckett. Внутри Ирвинга Пенна/ From “Inside the Irving Penn” series. Мой фотопроект, моя авторская "книга" включает в себя три главы, или исследовательские серии: "Внутри Ирвинга Пенна", "Завтрак с Фрэнсисом Бэконом" и "Из пурпурного чрева в зеленое тело и обратно" и объединяет, все эти серии — как, собственно, сам объект исследования: а именно "жизнь", как очень сложный фундаментальный, и трансдисциплинарный феномен, так и сам тип, и способ и формат съемки — это всегда высокий ключ, слайд 8x10 дюйма, гипердетализация и широкоформатность как конечный и тотальный, экспозиционный медиум воплощения — а, это значит, гипердетальная, гиперреалистичная, медлительная и тотальная студийная препарирующая съемка, дистиллированные предметы высоким ключом, в их тотальной анатомической, а не символической явленности, тотальной ужасающей естественно научной, нативной "странности", материальности, многоклеточности, невидимой повседневному глазу, "странности" в их бесконечной, и лишь усугубляющейся, в этом приближении, глаза к поверхности изображения, наполненностью жизнью, тканью, геометрией, и не знака, не символизируемого, а плотью, материей, биологией, каузальностью и синтезом, сложностью и жизнью, в ее первородном, материнском значении, до означивания, до понимания до символизации, до разумности человека у человека. Мне интересна жизнь предмета, ткани, организма, их сложной самоорганизации — Жизнь, породившая, построившая из себя эту разумность живого, жизнь как фокус сложных законов самоорганизации, порождения, фундаментальных констант и законов. Формат/техническое: Для того что бы раскрыть потенциал широкоформатной съемки и гиперфотореальности изображения всегда должны быть минимум метр по меньшей из сторон, и иметь возможность экспонироваться на отдалении от зрителя и одновременно с этим при приближении иметь возможность пристального почти тактильного приближения к изображению, обволакивая глаз ищущий значений, мясом, плотью, массой, выделениями, пульсирующей плотью, гипердетализированным чревом жизни до человека, вне человека, после и внутри и без человека.